Плач палача

Это реальная история из жизни.

Рассказ написан автором Маргаритой Даниловой по своим воспоминаниям. Имена героев изменены.

Плач палача

Когда мы слышим о каком-то страшном преступлении или видим репортаж о нем, мы в очередной раз ужасаемся человеческой жестокости. И, слава Богу, что свидетелями подобных событий каждому из нас случается быть очень редко. Можно сочувствовать жертвам и их скорбящим родственникам, но мы этих людей лично не знаем, поэтому их горе не может задеть нас до самой глубины души и забывается нами быстро. Совсем другое дело, когда ты знал жертву… и ее убийцу…

Дело об этом преступлении в свое время прогремело на весь наш город. О нем писали в газетах, но очень кратко. Намного больше рассказывали люди, пораженные необычными обстоятельствами этого случая. Я была среди тех, кто лично знал участников той трагедии…

***

…Однажды в солнечный летний день муж позвонил мне и сказал, что в выходные нас приглашают на природу соседи, живущие в нашем общежитии. Я с ними знакома не была, но мужу приходилось несколько раз общаться с этой семьей. У них было двое маленьких деток ¬– девочки 4-х лет и 10-ти месяцев. Я подумала, что наша 2-летняя дочурка тоже с удовольствием поиграла бы с малышками, и согласилась на поездку, тем более что сидеть в жаркие летние дни в душной комнате общежития не очень то хотелось, да и расширить свой круг общения я была не против.

В субботу мы выехали на отдых двумя машинами – в одну бы наша компания не влезла, так как с семьей соседей была еще одна женщина. После недолгих поисков удачного места для отдыха мы остановились на берегу небольшого водоема, поскорее выбрались из машин и, наслаждаясь свежестью загородного воздуха, стали располагаться для отдыха. Муж познакомил меня с новыми приятелями. Соседа звали Вова, его жену – Аня, женщину, сопровождавшую их – Наталья. С женщинами общий язык мы нашли сразу, тем более что у нас была объединяющая тема – наши малышки (мы с Аней в то время обе были в декретном отпуске).

Дети с удовольствием играли на травке, мужчины в стороне занимались шашлыком, а мы, женщины, удобно расположившись на покрывалах, болтали обо всем, что придет в голову. Я обратила внимание на неопрятность одежды малышек. Мало того, что детские вещи были старыми, чистотой они явно не блистали. Наверное, подумала я, Аня не очень следит за этим.

Кто такая Наталья, кем она приходится этой молодой семье (Вове было 25 лет, а его жене – еще меньше), я понять не могла. А спросить об этом было неудобно. Я думала, что дальше, в процессе общения, я это пойму. Меня сразу немного озадачила внешность этой женщины. Ей было уже точно за 40, но она была такая маленькая и худенькая, что сзади ее можно было принять за подростка. Ухоженностью и красотой похвастаться она не могла – жиденькие, крашеные дешевой краской волосы с отросшими темными корнями, небрежно заколотые на затылке, руки, выдающие возраст и нелегкий труд своей хозяйки, плохие зубы, бедненькая, полинявшая одежда. Еще меня насторожило лицо этой женщины – оно было каким-то серым и одутловатым… Но она была приветливой и разговорчивой, так что я перестала обращать внимание на ее невзрачный вид.

Наталья, как мне показалось, была добрым человеком. Она очень помогала Ане с детьми, прямо тряслась за ними, словно была для них любящей тетей или бабушкой. Поэтому я решила, что она какая-то родственница молодой семье. Позже я узнала, что своих детей у нее не было, наверное, поэтому она перенесла на этих малышек свою нерастраченную материнскую нежность.

Отдохнули мы в тот день неплохо, хотя с Вовой я практически не общалась – как- то не находилось общих тем. Дома мы с мужем делились впечатлениями о новой компании. Я сказала, что у нас как-то немного общего: и по возрасту они намного младше, и по образу жизни мы с ними отличаемся. От Вовы муж узнал, кто такая Наташа. Он рассказал, что она им чужая, но сейчас почему-то живет с ними в одной комнате (площадью всего 12 кв. метров). Вопросов у меня тогда возникло много, но мужу тоже не были известны все подробности, так как с этими людьми он был знаком совсем недавно.

***

Прошел месяц. Гуляя во дворе с дочуркой, я не раз сталкивалась с Аней и Наташей, которые тоже прогуливали детей. Я даже думала, что Вова с женой наняли эту Наталью как няню – так она трепетно заботилась о детях, постоянно бегала в магазин и занималась хозяйством. Мы болтали с женщинами о том о сем, а дети резвились в песочнице.

Пообщавшись с Вовой, муж узнал, что Наталья приехала к нам  из далека, чтобы забрать своего отца к себе. А жил старик в нашем общежитии. Отцовскую квартиру женщина собиралась продать… Здесь ей и подвернулся Вова. В свои годы он не мог похвастаться интеллектом и образованием, но дармовые деньги, как оказалось, любил безмерно. Любил он также хорошо и много покушать, о чем свидетельствовала его расплывшаяся фигура и «пивное» пузцо.

Как оказалось, у Натальи было пагубное пристрастие – она любила выпить (этим и объясняется озадачивший меня цвет ее лица). Воспользовавшись любовью этой женщины к алкоголю, ее наивностью и непрактичностью, Вова стал частенько поить ее и втираться к ней в доверие. Однажды он предложил женщине такую сделку: «Зачем тебе везти так далеко больного старика? Давай я возьму его под свою опеку, квартиру мы продадим, а деньги поделим. Ты спокойно уедешь домой, а я буду опекать твоего папулю. Зачем старику в конце жизни ехать в такую даль, чуть ли не на Дальний Восток? А со стариком все будет в порядке, ты не волнуйся. Да и тебе хлопот поубавится…» Одурманенная алкоголем, женщина согласилась…

Квартиру Наташиного отца Вова продал быстро, но женщине сказал, что деньги ему пока отдали не все. Когда отдадут, он даст Наталье ее часть, и она сможет уехать домой. А пока поживет у них (в комнате площадью 12 кв. метров!). Всех подробностей этой аферы мы с мужем не знаем, но когда я ворошу в памяти все те события и их финал, у меня мороз по коже пробегает…

***

Наступила осень, на улице похолодало, все облачились в куртки и плащи. Несколько раз мы с мужем встречали Аню и Наташу, когда те шли из магазина. На вопрос: «Как дела?» женщины мило улыбались и отвечали: «Нормально». Муж спросил Наталью, почему она еще не уехала, ведь говорила, что уезжает еще летом. Она как-то отшутилась, косясь в сторону Ани. Я тогда заметила, что женщина одета в какие-то мрачные вещи с чужого плеча – явно не в свою одежду. Выглядела она, как бомж. Я подумала: «Наверное, она не думала, что ей придется надолго задержаться в дальней поездке, и не взяла с собой теплых вещей».

…Прошло еще пару месяцев, я долго не встречала Аню и Наташу и уже почти забыла о них. Но однажды мужу позвонил Вова и попросил, чтобы он зашел к нему домой – помочь решить какие-то проблемы с компьютером.

После визита к соседу муж был в шоке. Во-первых, от того, что в такой маленькой комнатке живут пятеро взрослых и двое маленьких детей, да еще и огромная собака! Оказывается, кроме семьи Вовы, Наташи и ее пожилого отца, там обитали еще Вовина мать и его старший брат. Вторую порцию шока муж получил от той антисанитарии, которая царила в этой обители. После того как он пришел домой, сразу побежал мыть руки, потому что и на столе, где стоял Вовин компьютер, и на «мышке» был такой слой грязи, что она просто липла к рукам! А запах, царивший у них в комнате, вообще чуть не свалил моего мужа с ног, он поспешил удалиться оттуда как можно быстрее и вдохнуть чистого воздуха. Если представить себе смесь из ароматов нечистоплотных человеческих тел, обмоченной детьми мебели, кое-как прополосканных пеленок, дешевых сигарет (курили прямо в комнате), алкоголя (пили там же) и запаха собаки – можно судить о том, чем дышал мой муж, пока находился у них в доме.

 

Но третей причиной шока для него было то, что Наташа еще здесь, что она до сих пор не уехала домой. Расспрашивать загостившуюся женщину при всех муж не стал, но заметил, что настроение у нее слегка подавленное.

Поговорить с Натальей ему удалось немного позже, когда она выбегала (именно выбегала, озираясь на окна квартиры своего вынужденного приюта) в магазин. Муж спросил, почему она еще здесь, на что та, опустив глаза, тихо ответила, что Вова ей не дает денег на билет (не говоря уже о той сумме, которую обещал за квартиру), забрал у нее паспорт и телефон и угрожает, чтобы она ни с кем не разговаривала. Муж был возмущен и посоветовал ей обратиться в милицию, ведь дело уже запахло «жареным», и, если что, прийти к нам или обратиться к соседям. Женщина кивнула и сказала, что так и сделает в следующий раз, когда ее пошлют в магазин. После того как муж мне рассказал об этом, я был возмущена не меньше его и не понимала, как можно быть такой доверчивой, робкой и не приспособленной к жизни в 40 с лишним лет. Чтобы какой-то молодняк командовал тобой? Почему она так позволяет к себе относиться? Наверное, виной всему был алкоголизм, и эта женщина потеряла себя как личность.

Мы жили на пять этажей выше этой злополучной семьи, да еще и с другой стороны здания, и, конечно же, до нас не доходили никакие звуки из их квартиры. Но те, кто обитал с ними рядом, поговаривали, что оттуда постоянно раздаются какие-то крики и ругань. Все думали, что это пьяные дебоши, так как, оказывается, выпить в этой семье любили все. Одно волновало – как в таких условиях могут жить маленькие дети? Пару раз туда приходили работники социальных служб – их вызывали соседи, но результат их визитов мы узнать не успели…

Как-то вечером, подъехав к дому на машине, муж увидел странную сцену. Возле общежития стоял автомобиль. Вова вышел из подъезда с большой сумкой в руках, следом за ним выбежала Аня с младшей дочкой на руках, старшая девочка шла следом. Они сели в машину и уехали. Мы еще подумали: странно, куда это они с детворой так поздно. Может, к Аниным родственникам в гости едут и поезд ночью?..

Прошло два дня. Я была дома, занималась домашними делами, когда позвонил муж. Он спросил: «Ты сидишь? Если нет, тогда сядь… Он ее грохнул…». Не поверив своим ушам, я переспросила: «Что-что?» Муж повторил: «Вовка убил Наташу». Я меня отобрало речь, а по коже забегали мурашки. Как? Когда? Почему? В это было трудно поверить. А муж рассказал подробности.

В посадке недалеко от города нашли два больших полиэтиленовых пакета, в которых были части расчлененного человеческого тела. Труп принадлежал женщине лет 40-45… На ее теле были многочисленные ссадины, синяки, ожоги и следы сексуальных издевательств, которые свидетельствовали о том, что еще до смерти эту женщину долгое время били и по-зверски издевались над ней. В качестве орудий пыток были бытовые предметы – утюг, швабра…

Не знаю, кто был дома во время страшного действа, но мне известно лишь то, что мать и брат убийцы испугались, что их привлекут за соучастие в преступлении, и сами пришли в милицию, чтобы рассказать о случившемся.

Убийцу взяли тепленьким, прямо дома. Задержана была и вся семья, так как все они были участниками того ужаса, который творился в их «змеином логове». Отца Натальи забрали в больницу, так как он был изможден от недоедания и плохого ухода, да и ухаживать за ним во время следствия было некому.

                

Оказывается, трагедия произошла именно в тот день, когда мой муж видел, как Вова вечером увозил свою семью. Во время очередных издевательств и побоев он, видимо, перестарался: не рассчитал своих сил (что не удивительно с его комплекцией) и убил Наталью. Чтобы избавиться от трупа, он решил расчленить его и вывезти в посадку за город. Но это нужно было делать в ванной, а как же дети? Они могли что-то увидеть и испугаться. Тогда он позвонил в гостиницу, снял на ночь номер и отвез туда жену с детьми. А сам продолжил свое кровавое дело. Не известно только, были ли в это время дома его мать и брат. Но все равно – эти люди, как и его жена Анна, были непосредственными участниками трагедии, которая разыгрывалась в их маленькой комнатке не один день. Интересно, слышали ли соседи, живущие через стенку, крики бедной женщины, или ей затыкали рот? Как такое могло случиться в комнате многолюдного общежития в одном из центральных районов города?..

…Аферист, садист и убийца – в свои 25 лет он загубил не только чужую жизнь, но и свою собственную – на суде вынесли приговор: пожизненное заключение. И у него еще хватило совести подать на апелляцию (ее, конечно же, отклонили). Членов семьи этого палача видели в городе – не знаю, дали им условно, или оправдали, но я поражаюсь, что они вообще не уехали, ведь такое пятно – кровавое – не смоешь с себя за всю жизнь…

Добавить комментарий